Министр культуры не допустит для театра Чехова исключения из распоряжения об ограничении использования русского языка

В ближайшие дни министр культуры Наурис Пунтулис («Национальное объединение») намерен официально ознакомить руководство Рижского русского театра имени Михаила Чехова со своим решением об ограничении использования русского языка. Об этом сообщает LSM+.

Изданное после Лиго распоряжение вызвало множество вопросов. Министр встретился с руководителями Даугавпилсского театра и театра имени Чехова. Между тем представители театральной отрасли расценивают действия министра как часть предвыборной кампании, в которой нет места взвешенным демократическим решениям и которая ставит под угрозу театр и раскалывает общество. 

«Для нас это стало огромным потрясением... До того момента министр культуры ни разу не приглашал меня на разговор, чтобы задать вопросы о том, как распоряжение подобного рода скажется на работе театра имени Чехова», — так описывает ситуацию директор Рижского русского театра имени Михаила Чехова Дана Бьорк. Сразу после Лиго стало известно о распоряжении министра культуры полностью исключить русский язык из публичной коммуникации до 30 июля. Театр отреагировал официальным ответным письмом, за которым последовала встреча с министром.

Директор театра поясняет: «Если бы мы попытались сейчас исключить из нашей коммуникации, помимо государственного языка, вообще все, что звучит на русском, это означало бы полностью парализовать работу театра, ведь речь идет не только об афишах.

Это автоматически означало бы обрубить и интерес определенной аудитории, и ее психологическую связь с нашим театром. Государство — это не линия конкретной политической партии, государство — это каждый человек, который живет в Латвии, кто рожает здесь детей, кто их воспитывает, кто работает по своей профессии, кто платит налоги государству».

Однако и после встречи с руководством театра имени Чехова, и после просьб еще раз пересмотреть условия распоряжения министр непреклонен — в государственном учреждении двуязычие недопустимо.

«Если Даугавпилсский театр воспримет это с пониманием, то Рижский русский театр попросил об исключении из данного распоряжения. И я с этим не согласен.

Единственный аргумент, к которому я прислушался и который показался мне достойным рассмотрения, состоял в том, что театр заявил: им действительно было бы сложно успеть сделать абсолютно все до 30 июля. И тогда я поручил статс-секретарю выяснить, что именно невозможно осуществить в столь короткий срок, — и вот об этом мы могли бы вести разговор о продлении сроков», — рассказывает министр.

Председателя правления Латвийского союза театральных деятелей Ояра Рубениса удивляет то, каким образом министр решает этот вопрос: «Если однажды утром мы вдруг получаем сообщение, что теперь будет так — ни с кем не советуясь, и вы должны это принять, потому что я всесильный, вот так мы теперь и поступаем, — то, прочитав это сообщение, которое я не понимаю до конца и к которому у меня с самого начала возникает очень много вопросов, становится совершенно ясно:

совершенно ясно, что подчиненное власти общество с капиталом пишет возражения, потому что с ним, по сути, никто не разговаривает, ничего не объясняет, с коллективом никто не беседует. Для меня это отчасти напоминает ситуацию с общественными медиа, где стоял вопрос о брендах».

Это уже не первый раз, когда политики пытаются добиться искоренения русского языка из публичного пространства театра имени Чехова. Два года назад вице-мэр Риги Эдвард Ратниекс обратился с похожей инициативой в Министерство юстиции. Опрошенные Kultūras ziņas профессионалы театральной отрасли убеждены, что распоряжение Пунтулиса — часть предвыборной кампании. В прошлом году в Эстонии политики тоже разыграли эту карту, когда Русский театр Эстонии сменил название.