«Он начинает как Герцен, а закончит как Троцкий»

23 января могло бы исполнится 80 лет одному из самых загадочных персонажей современной России -- Борису Березовскому. Уже 13 лет его нет на этом свете. Но смерть российского олигарха до сих пор остается загадкой, которая ждет своего расследования. «Он начинает как Герцен, а закончит как Троцкий», – эта фраза, прозвучавшая в нашем разговоре на выходе из лондонского отеля после встречи с Борисом Березовским, неожиданно обрела зловещее звучание.

В советские годы Березовский был успешным ученым, мечтал стать академиком и получить Нобелевскую премию. Но 90-е годы открыли перед ним невероятные возможности, сначала в бизнесе, а потом и во власти. Он сблизился с первым президентом России Борисом Ельциным, невероятно разбогател, помог прийти к власти Владимиру Путину, потом с ним смертельно рассорился и эмигрировал в Лондон.

В 2002 году в русском информационном пространстве не было более скандальной фигуры, чем Борис Березовский. А мы только-только начали издавать газету «Телеграф». Понимая, что новому изданию для раскрутки нужны сенсации, мы лихорадочно искали темы и персонажи, которые привлекли бы к себе наибольшее внимание. Березовский подходил для этого как нельзя лучше. Стали думать, как на него выйти.

В Риге находился филиал международного Фонда гражданских свобод, созданного Березовским. Руководила им известная в Латвии журналистка Наталья Троицкая. К ней и обратились. Наталья связалась с Лондоном, и там ответили: пусть приезжают!

Березовский перед этим профинансировал выход документального фильма «Покушение на Россию» — о причастности ФСБ к взрывам домов. В те дни в Лондоне проходила его премьера, и олигарх охотно раздавал интервью журналистам.

Когда дошло дело до покупки билетов, мы известили издателя «Телеграфа» Валерия Белоконя: летим в Лондон. Его реакция была неожиданной: а можно я полечу с вами? Мы напряглись. Не хотелось из-за ерунды ссориться с издателем, но все-таки сделали попытку возразить: «Знаете, не принято издателю присутствовать на интервью, будто вы нас цензурируете или не доверяете. Представляете, Мердок пришел бы на интервью с главным редактором The Times!» Валерий хоть и уважал традиции западной прессы, но не отступал, обещал не присутствовать на интервью, а просто воспользоваться случаем для знакомства.

В общем, когда мы прилетели в Лондон, Белоконь был уже там.

Борис Березовский, как все холерики, был человеком непредсказуемым. Точной даты и времени интервью назначено не было. Нам просто сказали: прилетайте. Для подстраховки Наталья Троицкая полетела с нами. До скандалов с полонием и новичком еще было далеко, но, когда на выходе из гейта мы заметили среди встречающих человека с табличкой «Troicka», Наташа заволновалась: «Кто-то пронюхал. Я никого, кроме Бориса, о своем прилете не информировала».

…Валерий вел себя как гостеприимный хозяин. Покатал нас по Лондону, показал свой британский офис с видом на Виндзорский замок, повез на обед в мексиканский ресторан. Там нас и застал звонок от Березовского: вас ждут через 2 часа.
  Офис Березовского располагался в центре Лондона, на Риджент-стрит, недалеко от площади Пикадилли. Пятиэтажное блочно-стеклянное здание на бетонных ногах больше напоминало советский проектный институт времен Брежнева, чем обиталище миллионера.

То, что Борис Абрамыч человек занятой, мы поняли с первой же минуты. Выйдя из машины, он ни на минуту не прекращал говорить по телефону. Вернее, по нескольким сразу. Как жонглер на арене, он виртуозно манипулировал несколькими трубками одновременно и, пытаясь сохранить конфиденциальность разговора, все время отворачивался от окружающих. Для того, чтобы поздороваться с нами, ему пришлось извиниться перед одной трубкой, отключить вторую и передать охраннику третью. Но ненадолго. В тесном лифте, где мы вынуждены были стоять плечом к плечу, трубки продолжали требовать внимания, невольно делая нас участниками событий.

Невысокий охранник, то ли араб, то ли израильтянин, весь в черном, как и сам Березовский, запустил нас в большую комнату с длинным столом, а сам остался за дверью. Внутреннее убранство дома — от пустынных коридоров с протертыми дорожками до кабинета с полированной мебелью — выдавало непритязательность запросов олигарха, 25 лет просидевшего в советских институтах.

Березовский пришел со свитой. Валерий тоже от нас не отходил. Сели за длинным столом друг против друга, как во время переговоров.

Мы не успели открыть рот, как Бориса Абрамыча понесло. Жил он тогда одним — полемикой вокруг фильма «Покушение на Россию». Даже если бы его спросили, какого цвета галстуки он предпочитает, он бы начал говорить о рязанской истории, гексогене и ФСБ. Олигарх произнес свою речь, не давая возможности вставить слово. Он говорил тоном, не терпящим возражений, сам задавал вопросы, сам отвечал на них, и в конце концов добрался до Путина.

«Сомнение только одно. Он сам участвовал в этом процессе или был поставлен в известность — вот чего я не знаю», — сказал Березовский.

После его получасового монолога нам все-таки удалось спросить: почему же версия о причастности ФСБ к взрывам домов не помешала вам в 1999 году поддержать Путина? Березовского вопрос разозлил. Он начал кричать. Своим мефистофелевским взглядом он буквально сверлил нас насквозь. В поведении Березовского все выдавало одержимость.

Тем не менее его рассказ проливал свет на многие события.

«В 1996-м была попытка спецслужб устроить другую историю. А мы создали команду олигархов, чтобы бороться с Зюгановым. В 1999 году я был занят абсолютно той же самой историей. Я создавал совершенно легальную оппозицию Примакову и Лужкову. И конечно, я тогда не представлял, что есть другая сила, которая параллельно пытается по существу совершить переворот. Более того, я вам скажу совсем смешную вещь: да, я, естественно, знал о том, что происходили взрывы, но ни на секунду не допускал, что это мог сделать Путин. И много позже не считал, что это так.

Это позже я стал расходиться с Путиным по принципиальным вопросам, когда увидел, что он реально насаждает новую по отношению к Ельцину, а на самом деле совершенно старую идею — опять диктат, опять страх... У меня было несколько встреч с ним, я говорил, что мы эту страницу перевернули, а он без всяких аргументов стал действовать...»

Вы же математик, напомнили мы, должны были все рассчитать… И тут последовало удивительное признание, которое очень точно характеризовало Березовского: «Вы знаете, несмотря на то, что значительную часть жизни я занимался математикой, эмоции у меня преобладают над рациональным. Я вообще не просчитываю ситуации, я их ощущаю...»

Через час наш собеседник подустал. Валерий все это время молча просидел с краю стола. Расставаясь, Березовский обратился к нему: «А вы издатель «Телеграфа?» «Да», — скромно ответил Белоконь. «Один издаете?» — «Один». «Уважаю», — оценил тот. И протянул ему визитку.

Вечером после интервью мы совершенно случайно заглянули в ресторанчик при лондонском отеле. И вдруг снова встретились с Березовским. Рядом с ним был лидер партии «Либеральная Россия» Сергей Юшенков и еще какие-то люди. Они говорили о журнале «Колокол», который издавался тогда в Лондоне. Володя Вигман пророчески произнес мне на ухо: «Березовский начал как Герцен, а закончит как Троцкий». Александр Герцен в середине 19-го века издавал в Лондоне первый «Колокол», а Льва Троцкого по указанию Сталина в августе 1940-го забил ледорубом агент НКВД Рамон Меркадер...

Сергей Юшенков был убит в апреле 2003-го. Среди тех, кто присутствовал тогда в лондонском ресторане, был и Александр Литвиненко, отравленный осенью 2006 года. А в марте 2013 года сам Борис Березовский был найден повешенным на шарфе у себя в ванной комнате в английском поместье… Причины смерти так и остались неустановленными. Главная версия -- самоубийство на фоне проигранного суда, потери денег и депрессии. Но хорошо знающие его люди в это не верят.

После выхода интервью наши недоброжелатели распустили слух, что Березовский купил «Телеграф», чтобы из Латвии воевать с Путиным. Не думаем, что ему нужна была наша газета. Если в Латвии что-то и могло заинтересовать олигарха, то это было телевидение. Березовский много лет был акционером Первого канала в России и понимал его значимость и влияние на умы. Не исключаю, что Борис Абрамович проявлял интерес к ТВ-5, которое в то время переходило из рук в руки. Во всяком случае, Фонд гражданских свобод проплатил серию предвыборных шоу на ТВ-5, которые вел Нил Ушаков. Но дальше этого, похоже, не пошло.
  Тем не менее Березовский несколько раз прилетал в Ригу. Однажды он явился не один, а в сопровождении… брата президента США Джорджа Буша-младшего. Это вызвало большой ажиотаж в латвийских СМИ. Зачем Березовскому понадобилось прилетать с таким экскортом, осталось загадкой. Ходили слухи, что тогдашний президент Латвии Вайра Вике-Фрейберги по этому поводу выслушала упреки со стороны администрации Белого дома – почему не информировали о визите? Однако для самой Вике-Фрейберги неожиданное появление в Риге родственника президента тоже стало сюрпризом.

Был ли у Березовского какой-то бизнес в Латвии? Нам не известно. Но известно, что за всеми передвижениями Бориса Абрамовича в Риге внимательно следили специально обученные люди. И когда возникла опасность его выдворения в Россию, сотрудники возглавляемого Эриком Екабсоном МВД вовремя предупредили олигарха. После чего его частный самолет быстро покинул Латвию.

Деньги российских олигархов уже тогда имели для Латвии политический окрас.

Татьяна Фаст, Владимир Вигман